Две победы Алексея Негодайло

- Алексей, а о чем ты мечтал в детстве?
- Я всегда мечтал стать спортсменом и выиграть Олимпиаду.


…Вот этого Алексей Негодайло, олимпийский чемпион Сочи и разгоняющий четверки Александра Зубкова, никому не рассказывал. Может быть, потому, что не придавал этому значения? О своих проблемах с нервами, о бессоннице, из-за которой однажды «завалил» важнейший финал на стометровке. Он тогда думал вообще уходить из спорта.


Финиш


Мы беседуем в Иркутске на стадионе «Труд», где прошла спортивная юность Алексея Негодайло. К нам то и дело подходят поздороваться тренеры. С ним приятно общаться. Интеллигентный молодой человек, сын врача и преподавателя. Алексей, закончив карьеру профессионала, все равно не живет без спорта. Он недавно открыл свой фитнес-клуб, постоянно участвует во всевозможных кроссах, эстафетах, активно общается с прессой и с болельщиками. Спорт дал Алексею очень многое, теперь его очередь.

…А внизу – дорожки стадиона, нагретые от солнца. Интересно, ноги туда не просятся?

- Не-ет! – смеется Алексей, - они свое отбегали! Надо уметь переключаться.

В жизни он делал это не раз. Алексей Негодайло – в прошлом легкоатлет, мастер спорта в спринте. Наверное, два ключевых события его жизни – это уход из легкой атлетики в бобслей, а затем переход из разгоняющих в пилоты.

- Однажды я поехал в Волгоград на первенство России среди юношей. И у меня сильно заболела спина. Я не мог бежать вообще, разогнуться не мог! Полуфинал на 60 метров еле добежал. Домой приехал расстроенный. А через год снова в Волгограде на тех же соревнованиях я занял второе место. Это была первая моя медаль! И личный рекорд – 6,78 сек, превысил норматив «мастера». Я трудился, пахал и стал призером! Это было для меня реально счастье какое-то. Мы же тренировались не ради денег. Мне платили тогда 4 тысяч рублей «на питание» – так это называлось. И вот я стал серебряным призером. После этого мне сумму подняли до семи тысяч рублей – я стал миллионером! – с наигранным пафосом говорит Алексей. И смеется от души.

А потом, вспоминая другой случай, он уже не веселится. И даже голос у него становится немного другим.

- Видимо… да, Волгоград стал для меня каким-то особым городом. Точкой отсчета. Через года два я туда снова поехал – на молодежное первенство. Я выступал третий год по молодежи – заключительный, и, конечно, настраивался только выиграть. Лидеры, такие, как Александр Бреднев, уже ушли во взрослый спорт, и я соревновался по «молодежи» только сам с собой.

И… я особо это никому не говорил, но у меня тогда были проблемы с нервной системой. Я целый месяц боролся с бессонницей. Все пробовал, разное снотворное – не помогало. А при этом результаты были очень крутые! И вообще было все классно. И вот я еду на первенство России. В ночь перед стартом поспал всего час, только под утро заснул. Утром выпил энергетик – нормально, пробежал, выиграл свой забег. Прихожу в отель, пытаюсь спать – бесполезно. Потом выигрываю полуфинал, попадаю в финал с лучшим временем. И все, я – главный кандидат на победу. И вот финал – а я вообще никакой… Меня тянет спать, я с этим борюсь, начинаю бежать – меня «зажимает», я бегу на «жестких» ногах, не могу расслабиться… И становлюсь третьим.

Сказать, что Алексея эта неудача подкосила – ничего не сказать. Он просто задумался: что дальше? Ему уже двадцать один год, нормальной работы в то время не было, бросить спорт – дело всей твоей жизни, чтобы идти работать за копейки? И в спорте заработать не получается, результат не растет. Сидеть дальше на шее у родителей – немыслимо. Что делать? Выбор практически неразрешимый.

И как выходить из ситуации? Здесь надо помнить, что быть в спорте – это мечта
Алексея Негодайло. Он сделал нелегкий выбор: остаться в спорте, сменив вид.

- Я как-то прихожу к директору Школы высшего спортивного мастерства Анатолию Борисову. И все как-то совпало, наверное, звезды сошлись. Как раз тогда Зубков искал для бобслея новых разгоняющих, молодых. Борисов говорит: «Через месяц тесты в Москве!»

Разгон


В новый вид спорта Алексей включился сразу, с разгону, пока не ушла форма, набранная в легкой атлетике. На подготовку – месяц, и вот тестирование, оно же – отбор в российскую команду бобслеистов:

- Спринт я у всех выиграл, в других тестах – тройной прыжок, взятие штанги на грудь и бег с тачкой, – тоже проблем не возникло. Только сначала, с тачкой я бежал с ней впервые в жизни, куда-то в сторону меня повело…

- Очень неудобно было?

- Вообще! – оживляется Алексей, – ты бежишь, пытаешься, а она в другую сторону едет. Тут я сначала показал третье время, но мне разрешили пробежать еще раз, и я выдал уже второй результат. Московские тренеры сразу стали интересоваться: какие у меня результаты, где я занимаюсь? И я думаю: «Ничего себе, я кому-то нужен, оказывается?» А это сборная России, между прочим! Вот это мне очень запомнилось. Это был такой момент определенного счастья.

- Вот как: провал в легкой атлетике привел к взлету. А если бы его не было…


- Да, да. Абсолютно так! Если бы я тогда выиграл «молодежку», то остался бы в легкой атлетике и бегал бы себе и дальше, на среднем уровне.

- Кстати, проблемы-то со сном ушли?

- Ой! Кстати, да! А я ведь совсем про это не думал, Вы сейчас первая спросили. А они именно тогда и прошли. Представляете?! Такое у меня было, видимо, перенапряжение в легкой атлетике… Все это меня гнало, гнало, я с этим не мог справиться…

Во время триумфа в Сочи Негодайло было всего двадцать четыре года. Ему по силам пройти еще не один олимпийский цикл, надеялись в Иркутске. И будут у нас еще медали.


Переворот

Что же произошло потом?..

Если честно, мало кто понял тогда успешного спортсмена, который внезапно решил бросить то, что умел, и перейти в пилоты. Главное – зачем?!

- Это был определенный риск, игра ва-банк. В России так было не принято. В пилоты приходили из санного спорта: те же наши Александр Зубков, Александр Касьянов. Саночник трассы знает с детства, а в бобслей приходят уже в 18-20 лет. И выгоднее взять человека, который уже привык к скорости. Но я помнил: когда пришел в бобслей, то за три года получилась олимпийская медаль. И решил: если так же пахать, как я пахал до этого… Я абсолютно верил, что если сейчас «утону» полностью в пилотировании, целиком этому отдамся – то результат будет, сто процентов!

И не такой уж это было авантюрой. Затею поддержал главный тренер сборной России по бобслею Пьер Людерс. В сезоне 2014\15 создается «экспериментальная сборная России».

- Хотя это только у нас, в России считалось экспериментом, - говорит Алексей, - а для всего мира это уже абсолютно нормально – что разгоняющий переходит в пилоты. Те же немцы давно пересадили на руль разгоняющих, легкоатлетов. Изначально участвовало до восьми человек. В первый сезон поехали трое, доехали до конца сезона – двое. А на следующий сезон остался я один. И стал четвертым в общем зачете Кубка Европы в качестве пилота! Результат достаточно неплохой. Я ведь после Олимпиады почти не отдыхал, как это обычно принято, а сразу пошел готовиться в пилоты. Я сделал около 380 заездов – это очень много. Обычно новый пилот делает около ста заездов. Но здесь была усиленная подготовка. Год за три, можно сказать. Хотя психологически, наверное, каждому хочется – отдохнуть после Олимпиады. Потому что олимпийский сезон был очень тяжелый: и психологически, и физически. Для спортсмена ничто не сравнится в этой жизни с Олимпиадой.

- Вспомни свои первые ощущения в качестве пилота?

- Я все пытался понять: как он управляется, этот снаряд? Как первый опыт за рулем: поначалу боишься за все. Здесь – то же самое: все кажется сложным, не чувствуешь скорость, тебе говорят – попробуй исправить. Если не получается, и ты не выполняешь инструкции тренера – тебя снимают. А если выполняешь – то ты уже считаешься обучаемым человеком. Это, конечно, сложнее, чем вести машину по городу. Но все реально. Тот же Зубков далеко не сразу поехал. То есть, надо было терпеть и ждать.

В общем, все шло к осуществлению его мечты. Примерно в то же время начала беспокоить травма голеностопа:

- Это от нагрузок. Мы же постоянно атакуем лед со снаряда, двухсоткилограммовый снаряд под углом! Это постоянно рывок, стрессовые нагрузки. Плюс холод, кровообращение где-то хуже... И мы решили сделать перерыв.

Кто бы тогда знал, что это навсегда? Никто не думал. Врачи назначили комплексное лечение. Две недели в отделении, круглые сутки процедуры, улучшение, но стоит выйти на тренировки – и снова травма дает о себе знать.

Уходить оказалось гораздо труднее, чем просто идти. Спортсмен отчаянно цеплялся за каждую попытку все же остаться в спорте. И эти бесплодные надежды подтачивали еще сильнее: лучше сразу обрубить, но кто же бросает, не испробовав все возможности? В спорте всегда нужно бороться до конца.

- Это печально все. Можно было, наверное, раньше все оборвать и начать серьезно лечиться. Но сезон пилотирования – это очень дорогого стоит. Это же опыт, который потом никуда не денется. Наверное, это спешка была какая-то небольшая. Я физически просто не смог.

…Почему?! Я тогда много думала над этим. Ведь он все сделал правильно. И если идти к цели, то победа придет. 


В первый раз он рискнул всем – и выиграл золото Сочи. И во второй раз он действовал точно так же – и проиграл... Или нет?

- Алексей, если подвести некий итог твоим занятиям спортом: на что в жизни заработал олимпийский чемпион? Квартира, машина?

- То, что вы назвали, это есть – квартира, машина. Но главное – багаж знаний, которые я приобрел благодаря спорту. Те качества, – упорство, целеустремленность, это постоянные поиски, когда в каких-то вариантах не отчаиваться, – их люди иногда ищут всю жизнь и найти не могут. Материальное все может уйти. Но я никогда не потеряю себя, не потеряю свою голову. Это – то, что всегда будет со мной.

И вот тут как-то сразу стало понятно: этот парень выиграл у жизни… самого себя. Можно было и дальше оставаться в разгоняющих. Но он бы не был самим собой, не попробовав задачи выше. В этом его победа – всегда оставаться собой.

Удачи тебе, Лешка.

Никогда не сдавайся. 

пн вт ср чт пт сб вс